Литературные произведения жителей города ИжевскаЛитературные произведения жителей города Ижевска

Воздушный бой 13 августа 1942 года

Автор: Максименко Евгений Владимирович

Памяти Говязина Георгия Александровича, уроженца города Ижевска Удмуртской АССР

«Лермонтовские известия» №33 от 12 августа 2016 года

13 августа 1942 года на КМВ

Шёл 418-й день войны. 13 августа, когда стало окончательно ясно, что в 1942 году второго фронта.в Европе не будет, Сталин вручил британскому премьеру весьма жесткий меморандум, в котором обвинил правительство Великобритании в том, что оно нанесло «моральный удар всей советской.общественности» и разрушило планы советского командования, построенные из расчёта на «создание на Западе серьёзной базы сопротивления немецко-фашистским силам и облегчения таким образом положения советских войск». Далее утверждалось, что именно сейчас сложились наиболее благоприятные условия для высадки союзников на континент, поскольку Красная Армия отвлекла на себя все лучшие силы вермахта. Сводка Совинформбюро за этот день: «В течение 13 августа наши войска вели бои в районах Клетская, северо-восточнее Котельниково, а также в районах Минеральные Воды, Черкесск, Майкоп и Краснодар». За коротким сообщением целая история из разных событий этого дня. Об одном эпизоде этой истории и пойдёт,мой рассказ. Регион Кавказские Минеральные Воды. 13 августа 1942 года в небе над горой Бештау, что разделяет собой города Железноводск и Пятигорск, разгорелся воздушный бой: два советских бомбардировщика были атакованы двумя немецкими истребителями. Свидетелями воздушного поединка стали жители этих городов и ближайших посёлков. Собираем оставшиеся'записи и воспоминания ныне живущих очевидцев. Так, историк С.И. Линец в книге «Пятигорск в период немецко - фашистской оккупации. Август 1942г. - январь 1943г.» записал следующее: «Через несколько дней после захвата города фашистами над Пятигорском появились два советских бомбардировщика «СБ». Тут же им навстречу поднялись с городского аэродрома два немецких истребителя «мессершмидта». Через несколько минут оба бомбардировщика были сбиты. Один самолет упал в районе городского кладбища. Два летчика выпрыгнули с парашютами. При приземлении один из них упал на камни и сломал ногу. Свидетелем этого события, а затем и его участником стал П.И. Бережное, который проживал тогда в Новопятигорске. В очередной раз он пошел по дрова в лес к подножью Бештау, и там его неожиданно окликнул летчик из сбитого самолета. Он подробно выяснил у мальчика, кто он и где живет. Убедившись, что Павлу можно доверять, пилот попросил его принести продуктов и одежду. Потом стало известно что, какая-то женщина со Слободки приносила лекарства. Раненый летчик вскоре поправился и вместе со своим товарищем ушел через линию фронта». О двух сбитых советских самолётах сообщала жителям Пятигорска немецкая оккупационная власть. В местной газете «Пятигорское эхо» от 15 августа 1942 года в заметке под броским названием «Проклятие» говорилось: «13-го августа под вечер над Пятигорском появились два советских самолета. Не успели они миновать город, как две германские стальные птицы показались в другом конце города и уже через 3 минуты настигли и сбили сталинских соколов... Горящие тела советских самолетов упали на родную землю у подножия Машука». Очевидцы, бывшие подростками в годы войны, рассказывали, как они плакали, когда падали горящие краснозвёздные машины, и как веселились немецкие солдаты.

ГОВЯЗИН ГЕОРГИЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ

Кавказские Минеральные Воды с 9 августа 1942 года по 11 января 1943 года были временно оккупированы фашистской Германией. Воздушные бои за Северный Кавказ не прекращались никогда. О воздушном бое двух советских бомбардировщиков Ил-4 в небе над горой Бештау 13 августа 1942 года рассказывали местные жители, нашлись и подтверждения в исторических документах. 

Шёл 418-й день войны. 13 августа, когда стало окончательно ясно, что в 1942 году второго фронта в Европе не будет, Сталин вручил британскому премьеру весьма жесткий меморандум, в котором обвинил правительство Великобритании в том, что оно нанесло «моральный удар всей советской общественности» и разрушило планы советского командования, построенные из расчёта на «создание на Западе серьёзной базы сопротивления немецко-фашистским силам и облегчения таким образом положения советских войск». Далее утверждалось, что именно сейчас сложились наиболее благоприятные условия для высадки союзников на континент, поскольку Красная Армия отвлекла на себя все лучшие силы вермахта. Сводка Совинформбюро за этот день: «В течение 13 августа наши войска вели бои в районах Клетская, северо-восточнее Котельниково, а также в районах Минеральные Воды, Черкесск, Майкоп и Краснодар». За коротким сообщением целая история из разных событий этого дня. Об одном эпизоде этой истории и пойдёт мой рассказ. 

Регион Кавказские Минеральные Воды. 13 августа 1942 года в небе над горой Бештау, что разделяет собой города Железноводск и Пятигорск, разгорелся воздушный бой: два советских бомбардировщика были атакованы немецкими истребителями. Свидетелями воздушного поединка стали жители этих городов и ближайших посёлков. Собираем оставшиеся записи и воспоминания ныне живущих очевидцев. Так, историк С.И. Линец в книге «Пятигорск в период немецко - фашистской оккупации. Август 1942г. - январь 1943г.» записал следующее: «Через несколько дней после захвата города фашистами над Пятигорском появились два советских бомбардировщика «СВ». Тут же им навстречу поднялись с городского аэродрома два немецких истребителя «мессершмидта». Через несколько минут оба бомбардировщика были сбиты.

О двух сбитых советских самолётах сообщала жителям Пятигорска немецкая оккупационная власть. В местной газете «Пятигорское эхо» от 15 августа 1942 года в заметке под броским названием «Проклятие» говорилось: «13-го августа под вечер над Пятигорском появились два советских самолета. Не успели они миновать город, как две германские стальные птицы показались в другом конце города и уже через 3 минуты настигли и сбили сталинских соколов... Горящие тела советских самолетов упали на родную землю у подножия Машука». Очевидцы, бывшие подростками в годы войны, рассказывали, как они плакали, когда падали горящие краснозвёздные машины, и как веселились немецкие солдаты.

Поисковые работы в послевоенное время привели к установлению места падения одного из этихсамолётову посёлка Новотерский. Ценные сведения дала Айша Яшаевна Расулова (1911 года рождения), которая в период немецко-фашистской оккупации жила в посёлке Терконзавод. Со слезами на глазах она вспоминала, как охваченный пламенем самолёт пронёсся над посёлком и упал за селом. Она указала место его падения. Жительница посёлка Змейка Мария Ивановна Брюхова (1929 года рождения) рассказала, что несколько дней фашисты не подпускали жителей посёлка к сгоревшему самолёту, а потом заставили захоронить на месте его падения останки пилотов.

Осенью 1943 года по инициативе директора Терконзавода №169 было произведено перезахоронение воинов, защищавших посёлок. В ту же братскую могилу были перенесены останки лётчиков из первичного захоронения. На памятной плите указаны 17 фамилий, которые удалось тогда установить. 25 человек-неизвестные солдаты. Среди них два погибших лётчика, чьи имена были установлены впоследствии благодаря Георгию Александровичу Говязину, сражавшемуся в том сбитом самолёте 13 августа 1942 года. Именно спасшийся штурман, тогда капитан - Георгий Александрович Говязин 1915 г.р. помог поиск продвинуть. Узнали полную судьбу одного из экипажей. Установили место падения самолёта в посёлке Новотерской Минераловодского района Ставропольского края. Появилась возможность на обелиске солдатам войны, похороненным здесь, где лежат и Неизвестные Лётчики, записать имена: «ГИЦЕЛЕВИЧ ГРИГОРИЙ МОИСЕЕВИЧ, старшина, стрелок-радист...13.8.1942г. погиб в воздушном бою. СОРОКИН НИКОЛАЙ ВАСИЛЬЕВИЧ, ст. сержант, воздушный стрелок...13.8.1942г. погиб в воздушном бою». . Он упоминал и о втором самолёте в небе над Железноводском 13 августа 1942 года. В его книге воспоминаний, изданной в Железноводске в 2005 году, читаем; «Одновременно ищу глазами ведущего. Он с пологим снижением уходит влево. «Нужно пристроиться, могут быть вражеские истребители», - пронеслось в голове. По СПУ спросил; «Ванюшка! Ведущего видишь?» (Ванюшка - командир экипажа Иван Серебренников, который в том бою остался жив, но погиб в июле 1943 года - ред.) В ответ в телефонах услышал; «Да!» Но не понимаю. Почему он не увеличивает крен и скорость для того, чтобы пристроиться к ведущему. Осматриваюсь кругом и вижу: на правой плоскости элерон висит перпендикулярно на одном шарнире. С правого мотора выбивало.пламя. Всё ясно. Ведущий, видимо, также заметил наше положение, уменьшил скорость и прекратил разворот. Дистанция между нами уменьшалась, но в это время слева снизу заметил двух «мессеров», они шли в атаку на нашу машину. Крикнул: «Истребители слева, снизу!». Иван рывком отжал рули, но машина уже плохо слушалась, видимо, заклинило управление. Желая помочь лётчику, вставил ручку. Раздались очереди из пушек «мессеров», затрещала обшивка от разрывов снарядов. Словно кто-то неведомый с неуловимой быстротой дырявил наши плоскости, оставляя рваные дырки в обшивке. Загорелся и левый мотор... Кабина заполнялась дымом. Оглянулся на Ванюшку, СПУ, видимо, не работало, его фонарь сбит, нет ни одного стёкла. Он сидел, прикрывая лицо от пламени. В его кабине - дым и пламя. Машина зарылась носом, перешла в глубокую правую спираль...»Получается, что второй экипаж мог уйти на свой аэродром. Но... Когда увидели погибающих товарищей, то остались в небе вместе с ними и приняли неравный бой.

Неоценимую помощь поисковикам оказал Центральный архив министерства обороны города Подольска, когда начал публиковать документы времён Великой Отечественной войны, сняв с них гриф секретности, исполняя Приказ Министерства обороны РФ от 8 мая 2007 года №181 «О рассекречивании архивных документов Красной Армии и Военно-Морского Флота периода Великой Отечественной войны 1941-1945 годов». Они помогли дальнейшему поиску.

Нашёлся второй экипаж самолёта Ил-4, участвующий в воздушном бою над городом Железноводск днём 13 августа1942 года. Теперь полная картина этого боя известна из наградных листов лётчика гвардии капитана Шанаева Владимира Михайловича 1914 г.р. и штурмана гвардии капитана Кожевникова Архилия Архильевича 1913 г.р.: «...13.8.42 года в паре днём произвёл полёт по бомбардированию скопления войск противника в Железноводске. По наблюдению штурмана экипажа капитана Кожевникова сброшенные им бомбы разорвались в колонне танков и автомашин. Над целью самолёт был обстрелян сильным огнём зенитной артиллерии. Экипаж наблюдал до 20 разрядов одновременно и при отходе от цели самолёт был атакован пятью истребителями противника Ме-109. В этом неравном воздушном бою экипаж сбил один истребитель противника, остальные самолёты противника уклонились от боя. Самолёт Шанаева в воздушном бою получил большое количество пробоин, пробит бензобак, выведен из строя один мотор, но благодаря отличной технике пилотирования капитана Шанаева, он привёл свой самолёт и посадил благополучно на своей территории. После посадки самолёта Шанаева, пролетел самолёт разведки противника, сделал два круга и улетел. Капитан Шанаев принял правильное решение, мобилизовал колхозников и перетянул самолёт на пятьсот метров от места посадки в сторону, тщательно замаскировал его. Через 40 минут прилетали истребители противника и обстреляли опушку леса, где первоначально произвёл посадку капитан Шанаев. Своим правильным решением капитан Шанаев вторично спас свой самолёт от воздушного противника. 16.8.42 года капитан Шанаев, исправив истребитель, благополучно произвёл посадку на своём аэродроме...». А в документе на А.А. Кожевникова в дополнение к этому ещё можно прочитать: «...В этом бою радист лейтенант Акулов и стрелок сержант Рыжих были тяжело ранены. Самолёт получил много пробоин в управлении и бензосистеме, сел на вынужденную у линии фронта.

Капитан Кожевников, проявляя исключительную энергию, организовал медицинскую помощь товарищам и за десятки километров направил в полевой госпиталь. Близость линии фронта, артиллерийская и миномётная канонады заставляли делать всё, чтобы спасти боевой самолёт и не дать его врагу. В этой исключительно сложной обстановке капитан Кожевников умеете с капитаном Шанаевым, обладая большевистским спокойствием, не сожгли самолёт, а приняли все меры к его спасению. Их несколько раз засекал фашистский разведчик, и пока он наводил бомбардировщиков, капитан Кожевников и Шанаев, используя все возможности, перетаскивали самолёт на другое место. Немцы бомбили по чистому полю...» Остаётся только добавить, что немецкий корреспондент поторопился записать наш самолёт, «упавшим на родную землю». Он изранен, но не уничтожен. Что касается дальнейшей судьбы членов этого экипажа, нужно сегодня сказать, что почти все они были в строю и летали до конца войны. От тяжёлого ранения умер 13 августа 1942 года гвардии лейтенант Павел Андреевич Акулов 1913 г.р. стрелок - радист, начальник связи авиаэскадрильи, похоронен в братской могиле в станице Курской Курского района Ставропольского края. Воздушный стрелок Рыжих Михаил Никитович 1914 г.р. в том бою выжил. Служил и дальше в 5 гвардейском авиаполку дальнего действия. 21.02.1944 года он был представлен к награждению Орденом Красная Звезда.

В июле1942 года на одно задание в одну ночь поднимались до 19 экипажей Ил-4 дальней бомбардировочной авиации одновременно. На эти задания эскадрильи 5 гвардейского полка летали совместно с 21 авиаполком дальнего действия. Нашлось подтверждение этого в наградном листе на лётчика 21 авиаполка дальнего действия капитана Ткачёва Григория Елизаровича 1915 г.р. «... 14 августа 1942 года бомбил скопление войск противника в районе Пятигорска...». Летом 1942 года положение на фронте обострилось, и бомбардировочная авиация вновь стала действовать и днём по объектам, расположенным в непосредственной близости к фронту. Экипажи днём и ночью наносили удары по продвигающимся войскам, совершая по несколько боевых вылетов за сутки. Эффективность бомбардировочных ударов в 1942 году, несмотря на ночные действия, не снизилась. К этому времени сложилась особая тактика действия ночью. Ночью летали по одиночке, не эшелонированные по высоте. Каждый командир экипажа на свою цель выходил по особенному, и каждый раз с разных направлений, но никогда с востока. При отходе от цели уходил плавным снижением по высоте. От прожекторов отрывались резкой потерей высоты и увеличением скорости. Об авиации дальнего действия 1941-1945 годов можно ещё рассказать следующее: «...Продолжительность ночных полётов иногда достигали 5-8 часов, естественно, они имели свои особенности. Во-первых, экипажи перед полётом специально не ужинали - ведь туалета на борту Ил-4 не предусматривалось. Поэтому летали натощак. Ужинали, а заодно и завтракали уже после полётов ночью. Во-вторых, на высоте, даже летом, уже к середине полета, даже в меховых комбинезонах и унтах, экипажи элементарно замерзали. Случались иногда и обморожения. Стрелок-радист во время всего боевого полёта стоял лицом к хвосту самолёта, охраняя его заднюю и верхнюю полусферы. В отличие от него, воздушный стрелок весь полёт лежал на животе, прикрывая нижнюю полусферу от истребителей противника. Поэтому в длительных полётах стрелки, случалось, с разрешения командира, менялись местами».

Но вернёмся к воспоминаниям Г.А. Говязина. Каким запомнился ему день 13 августа 1942 года? Вот что он рассказывал в 1986 году, когда приехал в Железноводск. Поневоле начинаешь верить,. что судьба как будто берегла этого человека, чтобы он смог сам нам рассказать о том времени. «...Попробовал помочь Ивану вывести машину, но она всё больше заваливалась, не слушая рулей. Справа сверху мелькнул истребитель с противными желто-чёрными крестами. Он ещё раз атаковал нас. Ударив из пушек и пулемётов по правой плоскости, и выходил из атаки на. параллельных курсах с небольшим превышением. Я бросился к пулемёту. В открытую форточку увидел истребитель; мелькнула рыжая, вытянутая, противная морда фрица. Он прошёл метрах в 25-30 от нас. Но моя установка не позволила вести стрельбу; малый угол разворота оружия. Кроме этого, словно угадывая мои желания, немецкий лётчик взмыл вверх и с разворотом вправо ушёл от обстрела. Глаза моментально запечатлели неравный бой. С усилием открыл выходной люк; сильно прижимало влево, подтянувшись, выбил ногой люк и выбросился. Не открывая парашюта, падал спиной вниз... Падал в долине между гор Бештау и Развалкой... Я увидел, как внизу по дороге медленно шли грузовые автомашины с откинутым брезентом, полные солдат. Впереди - легковая синяя машина, передняя дверка открыта, и в неё высунулась голова немецкого офицера. Видимо, решили меня брать живым. Проверил пистолет. В голове неслись роем мысли: «Неужели конец». Но тут же властный внутренний голос: «Живьём не сдаваться. Лучше смерть, чем плен»...»

Спасение, возвращение к своим, возможность вернуться в строй и сражаться с врагом до самой Победы - это всё можно считать чудом в судьбе Георгия Александровича Говязина. Но, безусловно, не последнюю роль в таком повороте событий сыграли его замечательные качества и бойцовский характер.

Когда читал биографии бойцов авиации дальнего действия, восхищался мужеством того поколения. В 1942 году их возраст' от 20 до 30 лет. Пока есть в России такие парни - её никому не победить.

Поделиться страницей
08.06.2017
Информационно-аналитическоe управление Администрации города Ижевска © 1998-2017г.

При любом использовании материалов сайта ссылка (в Интернете - гиперссылка) обязательна
cтарая версия сайта, вход авторов, карта сайта, о проекте